От новых картин Альберта Оэлена до исторических произведений на Frieze Masters – десять художественных высказываний, через которые раскрываются главные темы ярмарки в Лондоне.
С 14 по 18 октября лондонский Regent’s Park стал площадкой для двух параллельных ярмарок – Frieze London и Frieze Masters. Первая сосредоточена на современном искусстве, вторая выстраивает диалог с историей искусства – от старых мастеров до ключевых фигур XX века. Вместе они объединили почти 300 галерей из 48 стран и регионов, представив не столько единую эстетическую тенденцию, сколько множество способов говорить о настоящем через изображение, материал и исторический контекст.
1. Альберт Оэлен: живопись без устойчивых правил
Gagosian, Frieze London
На стенде Gagosian представлены шесть крупноформатных картин Альберта Оэлена, созданных в 2020–2026 годах. Художник продолжает исследовать границы живописи, соединяя абстракцию и фигуративные элементы, графичные мазки, потёки краски и намеренно резкие цветовые сочетания.
В этих работах важен не столько узнаваемый сюжет, сколько процесс преобразования изображения. Оэлен сталкивает разные живописные языки внутри одного полотна и не стремится сгладить противоречия между ними. Его практика связана с критическим отношением к традициям модернизма и с так называемой «плохой живописью» – эстетикой, которая сознательно отказывается от представления о безупречной технике как главном критерии художественной ценности.
В композициях, показанных в Лондоне, появляется и повторяющийся мотив мужчины с пышными усами – отсылка к истории искусства, которую Оэлен вновь помещает в современный визуальный контекст. Его стенд демонстрирует, что живопись может оставаться экспериментальной не за счёт отказа от традиции, а благодаря постоянному пересмотру её правил.
2. Джайета Чаттерджи: повседневность как политическое пространство
Chemould CoLab, секция Focus, Frieze London
В работах Джайеты Чаттерджи личное и общественное пересекаются через пространство дома и повседневный труд. Художница использует ксилографию – технику печати с деревянной доски – и переносит изображения на свитки из переработанных сари. В её презентации также задействована техника накши-кантха, традиционного индийского стёганого текстиля.
Материалы здесь не служат нейтральной основой для изображения. Они несут собственную культурную и социальную историю, связывая художественную практику с женским трудом, текстильными традициями и повседневным опытом бенгальских женщин. Внимание к интерьерам позволяет Чаттерджи рассматривать дом не просто как частное убежище, но и как пространство, в котором распределяются обязанности, власть и доступ к ресурсам.
Работа с переработанными тканями также меняет привычное представление о печатной графике: изображение существует не на универсальном листе бумаги, а на материале, уже включённом в историю использования и повторного обращения. В секции Focus, посвящённой молодым галереям, эта практика показывает, как современное искусство может соединять формальный эксперимент с исследованием социальных структур.
3. Кен Нвадьогбу: миграция как опыт и материал
Degussa Lounge, Frieze London
Победитель Degussa Young Generation Art Award 2026 Кен Нвадьогбу представил проект I Know the Shadows Will Always Be There. В своей практике художник исследует, что значит быть чернокожим человеком в глобальном контексте, и обращается к собственному опыту переезда из Нигерии в Великобританию.
В проекте живопись соседствует с элементами инсталляции, включая ткани игбо. Материалы становятся частью разговора о перемещении, идентичности и сохранении культурной памяти. Для Кена Нвадьогбу миграция – не только географический переход: она меняет то, как человек воспринимает себя и как его воспринимают другие.
Художник также использует в своей практике картонную упаковку, обращая внимание на её способность перемещаться между странами и контекстами. Этот мотив связывает повседневный материал с опытом мигранта: оба оказываются частью глобальных маршрутов, в которых вещи и люди получают новые значения. Презентация в Degussa Lounge продолжает линию искусства, рассматривающего идентичность не как фиксированную категорию, а как опыт, формирующийся в движении.
4. Сесили Браун: хаос человеческих страстей
Thomas Dane Gallery, Frieze London
В работе The Four Deadly Sins Сесили Браун обращается к визуальному наследию Питера Брейгеля Старшего – его гротескным персонажам, насыщенным композициям и сценам, в которых человеческое поведение превращается в подобие театра.
Он не реконструирует исторический образец буквально. Она использует его как отправную точку для собственной живописной системы, построенной на движении, сгущении фигур и неустойчивости формы. Внимание зрителя постоянно перемещается между отдельными фрагментами: целостная сцена складывается постепенно, без единственного очевидного центра.
Такой подход характерен для её практики, в которой фигуративность часто возникает из плотной, почти абстрактной поверхности. Ссылка на Брейгеля вводит в эту живопись тему человеческих слабостей, излишеств и коллективного поведения. Прошлое здесь не выступает иллюстрацией к настоящему – оно становится инструментом, с помощью которого современный художник заново исследует устойчивые модели человеческой природы.
5. Леонардо Риччи: другая сторона модернизма
Unit 7 / Prahlad Bubbar Gallery, Frieze Masters
На Frieze Masters галерея Unit 7 совместно с Prahlad Bubbar Gallery представляет живопись Леонардо Риччи – итальянского архитектора, известного прежде всего своей ролью в истории модернистской архитектуры и брутализма.
Риччи занимался не только архитектурой: его живописная практика развивалась в контексте художественной среды Флоренции середины XX века. В 1950-х годах его работы показывали в парижском Salon de Mai, где также выставлялись Альберто Джакометти, Анри Матисс и Пабло Пикассо. Лондонская презентация позволяет рассмотреть эту менее известную сторону его наследия.
Значимость такого показа – не в поиске скрытого шедевра знаменитого архитектора, а в расширении привычной истории модернизма. Она напоминает, что художественные практики середины прошлого века не всегда укладываются в отдельные дисциплины и что архитектура и живопись могли развиваться как взаимосвязанные способы исследования пространства, формы и абстракции.
6. Каши: священный город как живая сцена
Prahlad Bubbar Gallery, Frieze Masters
Акварель Каши Cosmic Stage for the Cycle of Life, созданная около 1800 года на хлопковой ткани с использованием золота, переносит зрителя в Бенарес – один из важнейших религиозных центров Индии, расположенный на берегу Ганга.
В композиции духовная жизнь города существует рядом с повседневной. На реке видны лодки, вокру – паломники и купающиеся; священное пространство не отделено от торговли, движения и обычных человеческих занятий. Фигура Шивы появляется у края изображения, связывая городской пейзаж с космологическим измерением.
Произведение важно не только как пример исторической живописи Раджастхана, но и как способ увидеть, каким образом религиозная картина мира могла включать повседневную жизнь. Город здесь не просто изображён: он представлен как сцена непрерывного цикла, в котором ритуал, социальное взаимодействие и представление о космосе образуют единое целое.
7. Аребенор Басен: картография памяти
Selebe Yoon, секция Focus, Frieze London
В своей практике сенегальский художник Аребенор Басен обращается к космологии догона, астрономии и картографическим образам. Он использует природные пигменты, воск, графит и древесную стружку, работая с тканью батик и создавая поверхности, напоминающие карты или схемы.
Эти произведения не следует воспринимать как буквальные географические изображения. Скорее, картографическая форма становится способом организовать знания о мире – через миф, наблюдение за небом, материальную среду и культурную память. Различные следы и слои поверхности сохраняют ощущение процесса: изображение словно собирается из фрагментов, каждый из которых несёт собственную информацию.
В этом подходе традиционное знание не противопоставлено современности. Напротив, Аребенор Басен использует визуальный язык, напоминающий научную схему, чтобы исследовать способы передачи и интерпретации культурного опыта. Его работы расширяют представление о картографии – от инструмента навигации к модели мышления.
8. Ланг Цзиншань: фотография между документом и живописью
Each Modern, секция Spotlight, Frieze Masters
Ланг Цзиншань – одна из ключевых фигур китайской художественной фотографии XX века. Его метод многослойной композиции позволял соединять несколько негативов в одно изображение, создавая пейзажи, в которых фотографическая техника сближалась с эстетикой традиционной китайской живописи тушью.
Вместо того чтобы воспринимать фотографию исключительно как фиксацию реальности, Ланг рассматривал её как пространство художественного построения. Композиция, ритм и пустота в его работах соотносятся с принципами китайского пейзажа, а многослойность изображения делает видимой роль авторского выбора.
Включение подобных практик в исторический контекст Frieze Masters важно для более широкой истории фотографии. Оно напоминает, что модернизация медиума происходила не по единой западной траектории: фотографы в разных культурных традициях вырабатывали собственные способы соединения технических возможностей камеры с наследием живописи и каллиграфии.
9. Пацита Абад: живопись как архив путешествий
Alison Jacques, секция Spotlight, Frieze Masters
Презентация Пациты Абад объединяет работы, возникшие под впечатлением от её путешествий по Южной Азии. Среди них – Hindu Temple in Faridpur, Mosque in Chittagong и Old Dhaka. Художница соединяла в своей практике живопись с текстилем и другими материалами, включая батик, бисер, зеркала и пайетки.
Её произведения строятся не только вокруг изображения конкретных мест. Они сохраняют впечатления от людей, архитектуры и культурных сред, с которыми художница сталкивалась в путешествиях. Многослойная поверхность превращает картину в своеобразный материальный архив: ткань, декоративные элементы и краска одновременно формируют образ и напоминают о множественности его источников.
Размещение работ Пациты Абад в секции Spotlight соответствует одной из важнейших задач Frieze Masters этого года – расширению истории искусства за пределы привычного канона. Её практика показывает, как транснациональный опыт и перемещение между культурами влияют на художественный язык, не сводясь к иллюстрации географии или национальной идентичности.
10. JW Anderson: когда мода становится выставочным пространством
JW Anderson, Pimlico
К Frieze London 2026 дизайнер Джонатан Андерсон подготовил выставку A Composition в пространстве своего бренда JW Anderson в лондонском районе Pimlico. Проект продолжает его многолетний диалог с современным искусством и предметным дизайном, предлагая взглянуть на магазин не только как на коммерческое пространство, но и как на площадку для кураторского высказывания.
Центральное место в экспозиции занимают 30 стеклянных колокольчиков-ветровиков, созданных валлийским художником Серитом Уин Эвансом специально для выставки. Их дополняют работы из программы лондонской галереи White Cube, в том числе произведения Акико Хираи, Мэри Стивенсон и Шаванды Корбетт. Соседство стеклянных объектов, современного искусства и предметов, представленных в магазине, размывает привычную границу между выставкой, дизайном и модной розницей.
Для Джонатана Андерсона, который последовательно работает на пересечении моды, искусства и ремесла, подобный формат – продолжение профессионального интереса к объекту за пределами его утилитарной функции. Здесь вещи предлагается воспринимать не только через их назначение или коммерческую ценность, но и через материал, форму и отношения, которые возникают между ними в пространстве.